Помучившись минут пять с рукояткой душа, Аня едва не заплакала. Эта история со смесителем продолжалась уже не первую неделю, но раньше душ удавалось «запустить», хотя и изрядно постаравшись. Обычно Денис помогал ей в этом, но его вот уже неделю не было дома — уехал в командировку. А дни стояли жаркие, без душа было совершенно невозможно. Повздыхав, Аня собралась и пошла к соседке Свете…
В общежитие для семейных они с Денисом устроились почти по блату — помог кто-то из его родственников. Родители у обоих были совсем не старые, Ане с Денисом самим было по двадцать два — только институт закончили, — так что это был выход из положения. Познакомились почти сразу с соседями, Светой и Игорем, такими же молодыми ребятами. Аня поначалу с опаской отнеслась к жизнерадостной, стрелявшей глазками брюнетке, но потом поняла, что та делает это не специально, а в силу природного темперамента. Иногда они с Денисом слышали сквозь не такие уж толстые стены доносившиеся от соседей стоны Светы. Аня всегда в таких случаях краснела, а Денис сразу начинал прижиматься сильнее, и дело обычно заканчивалось сексом.
Постучавшись, Аня вошла и увидела Свету с Игорем на диване.
— О, Анька, привет, — весело сказала Света. — Тебе чего?
— Да у меня там душ… — замялась Аня. — Может, Игорь посмотрит?..
— Да смотрел я уже, — так же весело сказал Игорь. — Там смеситель менять надо, они все здесь такие стоят, хреновые.
— А-а, — протянула Аня. Потом, решившись, спросила: — Ребята, а можно я тогда у вас душ приму?
— Да не вопрос! — Света вскочила с дивана. — Пошли, я тут новый шампунь достала, югославский, просто офигенский.
В ванной Аня сразу же обратила внимание на то, что смеситель у Светы с Игорем был новый и какой-то другой.
— Свет, а у вас откуда такой? — тут же спросила она.
— Этот? — Света непонятно хмыкнула. — Комендант дал.
— Так мы же к нему ходили тогда вместе, он сказал, что нету и в этом году не будет, — удивленно сказала Аня.
— Договорилась я с ним, — понизив голос, сказала Света, отводя взгляд.
— Как? — не поняла Аня.
— Ну как, — Света снова хмыкнула. — Я ему дала, а он мне.
— Взятку? — ахнула Аня. — А если кто узнает?
— Взятку, — хихикнула Света. — Типа того. И никто не узнает. Я не скажу, а он болтать точно не будет.
— И много дала? — спросила Аня. — Может, и мне…
— Много? — Света как-то странно посмотрела на неё. — Для тебя многовато будет.
— Ну сколько? Мы с Денисом, если накопим, да родители помогут…
— А вот Денис и родители тебе тут вряд ли помогут, — сказала Света. — Я ему не деньгами дала, а натурой. Понимаешь?
— Натурой? То есть… — тут до Ани дошло, она отчаянно покраснела. — Светка, ты с ума сошла, что ли? А как же Игорь?
— А что Игорь? — серьёзнее сказала Света. — Про что мужик не знает, того и нет. Да и с меня не слишком убыло.
— Но ведь это же… — Аня замялась. — Противно!
— С чего бы? — удивилась Света. — С мужем не противно, а так, значит, противно?
— Но ведь посторонний мужчина, да ещё и старый…
— Ну, никакой он не старый, ему тридцать пять всего. А в какой он форме — о-го-го! А насчет постороннего — он ведь для меня доброе дело сделал. Смесители эти ещё достать надо, они знаешь какой дефицит по нынешним временам. А эти ещё и импортные! Так что — ты мне, я тебе.
— И… как? — спросила Аня после короткого молчания.
— Нормально, — хмыкнула Света. Потом хихикнула и сказала: — А он мужик изобретательный, такое может, чего и Игорь не знает. Вот тебе Денис когда-нибудь языком там делал?
— Где? — спросила Аня и, поняв, замотала головой. — Ты что, это же извращение!
— Дурочка ты, это классно, — осадила её подруга. — Пока не попробуешь — не поймёшь.
— А, может, с ним по-другому договориться можно? — подавленно спросила Аня. — Деньгами или там, я не знаю…
— Ты видела — на какой он машине ездит? — спросила Света. — Деньги у него и так есть. А вот до мясца молодого он охоч… — она потянулась с улыбочкой. Потом посмотрела на Аню и сказала: — А у тебя бы вышло с ним. Ему такие нравятся.
— Какие? — спросила Аня.
— Как мы с тобой, — деловито сказала Света. — Ты, хоть и светленькая, а такая же крепкая, спортивная, вон — попка и титьки подтянутые.
— Света! — смутилась Аня.
— Так что смотри, — неопределенно сказала Света. — Денис-то у тебя сколько ещё в командировке будет?
— Не знаю, — пожала плечами Аня. — Он далеко уехал, в Казахстан.
— Вот и думай — или по соседям мыкаться каждый раз, как помыться надо. Или один раз — и ты со всеми удобствами, приезжает муж — ты ему: смотри, мол, жена твоя постаралась, всё для дома! — Света засмеялась, обняв подругу. Потом посмотрела на неё и сказала ехидно: — Или ты честная порядочная жена и плещешься в тазике стоя. Выбирай.
— Света, я душ приму, — тихо сказала Аня. — Ты иди.
— Угу, — кивнула подруга и, уже закрыв дверь ванной, просунула голову обратно. — Только имей в виду, если надумаешь, — он бритых любит.
— Как это? — не поняла Аня.
Вместо ответа Света распахнула полы короткого халатика и показала абсолютно безволосый лобок с видневшимися губами промежности.
— Как ты? — ахнула Аня. — Ты что… побрила там?
— Да не ори ты, — оборвала её Света. — Да, но уже после. А была бы умная — давно бы так сделала.
— Но зачем?!
— Игорь, как увидел, сначала тоже спрашивал — как да зачем. А потом полез руками и вообще… Не остановить его было, — улыбнулась Света. — Многим мужикам нравится. Да и для купальника лучше, можно узкий надеть. Так что смотри.
— Но я не умею, — покраснев, призналась Аня. — Я никогда так не делала.
Света посмотрела на неё, немного покраснев, а потом громко сказала:
— Игорь, ты погуляй с часик. Нам с Анькой посплетничать надо, по-девичьи.
— А при мне что — нельзя? — спросил Игорь.
— Ты что, она стесняться будет. И вообще — женские разговоры не для твоих ушей. Я же в твои дела с футболом и мотоциклами не лезу!
— Ладно-ладно, иду, — засмеялся Игорь. Вскоре хлопнула дверь.
— Так и быть, помогу я тебе, — сказала Света, заходя в ванную и снимая халатик, под которым вообще ничего не было. Заметив взгляд Ани, она сказала: — Это я дома так хожу, не подумай чего. За хлебом без трусов не ходим.
Она включила воду и, отрегулировав температуру, сказала:
— Ну, мать, залезай. Будем мыться-бриться!
— А ты умеешь? — запоздало спросила Аня, раздеваясь и немного смущаясь присутствия обнаженной подруги.
— Ну а кто всю эту красоту делал? — Света похлопала по лобку. — Не бойся, все будет как в лучших домах Парижа!
Аня ступила в ванну, ополоснулась первый раз и стала намыливаться шампунем, который нахвалила Света. Запах был и вправду хороший, какой-то травяной. Намыливаться им было приятно.
Света наблюдала за ней, прищурившись. Потом сказала, засмеявшись:
— Ей богу, Анька, была бы я мужиком — оприходовала бы тебя прямо здесь!
— Света! — возмутившись, Аня плеснула на неё водой.
— Ага, война! — завопила Света, залезла в ванну и тоже стала брызгаться в неё пеной и водой. Потом внезапно прижалась к ней сзади и схватила обеими руками за грудь. — У-у, какие у нас тут буфера!
— Перестань сейчас же! — завизжала Аня и стала отбиваться от объятий подруги. Потом посмотрела на клок пены, одиноко покоившийся на лобке Светы, и робко сказала: — Свет, а можно… потрогать?
— Давай, — сказала та и, чуть расставив ноги, выпятила низ живота вперед.
Анина ладонь медленно накрыла Светин лобок, пальцы ощутили края больших губ. Потом осторожно двинулись вниз, между ног. Там тоже все было гладко и как-то… волнительно. Что-то вызывало в душе у Ани такое, что она поспешила убрать руку.
— Ну, как? — с прищуром посмотрела на неё Света. — Понравилось?
— Да, — кивнула Аня. — Как-то так… — она неопределенно покрутила рукой.
— Во! — подняла вверх палец Света. — А это ещё цветочки! Ладно, давай садись на край ванны и ноги пошире расставь.
Света достала кисточку для бритья и опасную бритву. Быстро и аккуратно намылила Ане лобок и промежность, хихикая при этом и приговаривая:
— Сейчас мы тебя побреем, будешь у нас лысенькая бегать, хозяйке на радость.
— Это Игорева бритва? — с опаской косясь на лезвие, спросила Аня. — Она острая…
— Игорева, он безопасные не любит, — кивнула Света. — Да ими так и не побрить.
— Ты осторожнее, — напряглась Аня, когда Света поднесла бритву к её телу.
— Спокойно, — Света взяла её за руку и посмотрела в глаза. — Брею как себя. Рука моя тверда, вот верная черта…
— … гасконского прославленного стиля! — со смехом поддержала Аня.
Света брила аккуратно. Сначала быстро лишила растительности лобок, потом, поочередно оттянув большие губы, побрила и их. Плеснула водой, критически осмотрела и сказала:
— Хоть сейчас на показ!
— Ой уж, — смущенно сказала Аня. Ей почему-то были приятны слова подруги.
— У тебя красиво все тут, — сказала Света немного завистливо. — Ты же светленькая, вот у тебя и тут все розовое. И губки толстенькие. Как и у меня! — засмеялась она.
Уже потом, вытершись, они сидели на диване.
— Ты главное не робей, — напутствовала Света. — Но и не совсем нахально. Хотя нахально ты не сможешь. Заходишь к нему и говоришь уверенно — так, мол, и так, не могли бы вы мне помочь с затруднениями. А я, дескать, в долгу не останусь.
— А если он не согласится? — всё ещё колеблясь, спросила Аня. — Ещё во взяточничестве меня обвинит…
— А где сама взятка? — хмыкнула Света. — Да и не откажется он. Если мужик один раз на это дело согласился, то и второй раз пойдёт.
— Слушай, Свет, а может, ты со мной… — протянула Аня.
— Ага, может ещё кого прихватим с собой для компании? — фыркнула подруга. — Нет, тут как на войне — сама.
Аня вздохнула.
Назавтра она несколько раз пыталась войти к коменданту, но всякий раз что-то мешало — то кто-то входил к нему, то решимость испарялась. Промучившись вечером в раздумьях, на следующий день Аня взяла себя в руки, напросилась в душ к соседям и пошла к коменданту.
— Слушаю, — сказал тот, не поднимая головы от бумаг.
— Эдуард Викторович, — выдавила из себя Аня. «Опять мямлю», подумала она и продолжила уже твёрже. — У меня смеситель сломался, надо заменить.
— Смесителей нет, — немного нараспев ответил комендант, так и не поднимая головы. — Я уже устал повторять — не будет до нового года.
— Я знаю, — сказала Аня. — Но, может быть, мы бы с вами договорились?
Комендант поднял голову. Его лицо, загорелое и поджарое, с интересом изучило Аню.
— В каком смысле? — немного улыбаясь, сказал он.
— Вы — мне, я — вам, — немного ободрённая его улыбкой продолжила Аня.
— Взятка, то есть, — протянул комендант, пряча улыбку. — Ай-яй-яй.
— Ну почему же сразу взятка, — улыбнулась Аня, сжав за спиной руку в кулак. — Просто один хороший человек поможет другому хорошему человеку.
— А откуда мне знать, что вы хорошая?
— А вы попробуйте — тогда и поймёте, — усилием воли Аня разжала ладони и даже оперла одну кокетливо о бедро.
— Так-так, — прищурился комендант и спросил: — Вы из какой комнаты?
— Из 205-й, — сказала Аня. «Неужели засыпалась?»
— Понятно, рядом 207-я, Кравцовой, — протянул комендант. — Ну и болтушка.
— В смысле? — спросила Аня по инерции, хотя уже понимала — всё, попалась.
— Да ладно, — комендант встал из-за стола, потянулся. Прошёлся вдоль шкафов с папками, обернулся к Ане. — Как тебя звать-то?
— Аня, — сказала неудавшаяся взяточница.
— Аня. — Эдуард Викторович встал напротив и взял её за руку. — Ты уверена, что этот смеситель тебе так нужен?
— Да, — выдавила девушка, опустив голову.
— Ты же замужем, — продолжал комендант. — А если муж узнает?
— Не узнает, — покачала головой Аня, сдерживая слёзы из последних сил. — Это же… для него.
— Ну-ну, — комендант обнял её. — Успокойся.
Аня тихо заплакала ему в плечо. Напряжение последних дней выходило из неё с этими слезами, хотелось верить, что всё страшное уже позади.
— Не передумала? — отстранив её, сказал комендант.
— Нет, — давя последние слезинки, прошептала Аня.
Комендант легко поцеловал её, чуть приобняв за талию. Потом подошёл к двери, запер, и, выглянув в окно, вернулся к стоявшей столбом посреди комнаты Ане.
— Прошу, — изящно и чуть насмешливо указал рукой на диванчик, стоявший под окном.
Аня, ужасно стесняясь и всеми силами стараясь этого не показать, начала раздеваться. Коменданта эти Анины попытки сохранить видимое целомудрие забавляли, он покусывал губы, чтобы не засмеяться в голос. Наконец не выдержал:
— А ну-ка, девица-красавица, что с одёжкой не расстанется!
И в два счёта оставил Аню без единой тряпочки. Чуть отошёл, оценивающе глядя. Аня едва не прикрылась руками — так просто инстинкты было не побороть, — но комендант тут же сказал:
— А ну, не безобразничай!
Потом хмыкнул и сказал, глядя на бритый Анин лобок:
— Ну, Кравцова, ни один секрет сохранить не может! Но тут хоть к месту.
Расстегнул и бросил на спинку стула рубашку, но брюки снимать не стал. Подошел к Ане и, стоя к ней лицом, обеими ладонями крепко взял её за ягодицы. Притянул к себе, так что Аня почувствовала его волосатую грудь — было немного щекотно.
Она посмотрела ему в лицо, всё ещё смущаясь, — и увидела, что его немало потешают её муки совести. Аня покраснела, а комендант взял её лицо в ладони и медленно поцеловал. Аня замерла от нового ощущения, а Эдуард Викторович уже мял ей груди, ловя пальцами пока ещё маленькие соски.
Потом подхватил Аню за бёдра и, приподняв, ловко уложил на диван. Аня только ахнула, а комендант уже отвёл одну из её ног в сторону и поцеловал вверху больших губ. Аня от неожиданности попыталась сдвинуть ноги, но не тут-то было — хватка у коменданта оказалась крепкой. А вскоре нахлынувшие неизведанные ощущения заставили её забыть о сопротивлении. Было так… здорово!
Едва только схлынула первая волна удовольствия, как комендант скинул с себя брюки и трусы одним движением. Выпрямился, немного расставив ноги и уперев руки на талии. Аня увидела его полунапряженный член, который толчками распрямлялся и, в конце концов, стал похож на маленькую кобру. Ане показалось, что он просто огромный. «Как же он войдет?», подумала она.
Комендант, заметив сомнения на её лице, подмигнул ей и быстро развернул Аню поперек дивана, поддерживая её за попу.
— Только, пожалуйста, не так быстро, — взмолилась Аня.
— Расслабься и получай удовольствие, — шутливо приказал Эдуард Викторович.
Пригнул крепко стоящий член и ввёл головку внутрь. Немного подождал и стал двигать дальше. Аня ощущала, как внизу живота её начинает заполнять твёрдая горячесть. Ещё немного — и всё. Заполнена до отказа. Но давление продолжалось, комендант не останавливался, и она снова взмолилась:
— Ой-ой, хватит, у меня уже… места нет.
— Это пока, — спокойно и уверенно сказал комендант. Лицо его немного покраснело. — Немного поработаем, Анечка, и растянем твою чудную дырочку до моих габаритов.
И начал всемирно известные движения. Спустя какое-то время Аня ощутила, что первоначальная небольшая боль ушла, оставив только ощущение растянутости. И все чаще пробивались толчками какие-то очень приятные спазмы. Вот два из них толкнулись почти одновременно, и Аня простонала:
— А-а-а!
— Угу, — кивнул довольно комендант, успевая и толкать в Аню, и поддерживать её за попу, сминая ягодицы, и периодически залезать на грудь, сжимая соски. Потом вынул из неё член и потянул Аню набок: — Ложись-ка на бочок.
Аня подчинилась, и комендант мгновение смотрел на продольные складки больших губ, сочащиеся влагой удовольствия. Потрогал их, толкнул палец внутрь. Аня инстинктивно приподняла ногу, давая ему возможность войти глубже, и за одним пальцем тут же ворвался второй. А потом и ещё два. Ощущение было непривычное, но всё перекрывало накрывающее удовольствие — комендант большим пальцем успевал ещё и массировать ей круговыми движениями клитор, и без того набухший.
— А-а-а! — Аня выгнулась дугой, получила легкий шлепок по попе, отозвавшийся в ней новым взрывом восторга. Руки коменданта довернули её до положения на коленках, немного развели ей ноги, и твердый член снова ворвался внутрь, теперь уже сопровождая конечную точку амплитуды мягкими шлепками мошонки по попе Ани.
Темп всё ускорялся, Аня стонала, уткнувшись в подушку дивана, и только потом услышала вопрос коменданта:
— У тебя сегодня безопасный день?
— Что? — не поняла она.
— Я хочу кончить внутрь, — почувствовала она губы Эдуарда Викторовича у своего уха. — Можно затопить твой мягкий кармашек?
— Да, — ответила она поспешно, — можно!
Комендант сжал её бедра ещё крепче, ускорился ещё больше, хотя это казалось Ане невозможным… Она уже мало что понимала, пробиваемая вспышками оргазмов ежеминутно. И всё же почувствовала горячий всплеск внутри себя, ударивший прямо в матку. Она откинула голову и во весь голос простонала:
— Да-а-а!!!
Жидкие горячие плети ещё трижды обжигали её, прежде чем она и комендант затихли.
Аня даже не пыталась усмирить стучавшее сердце, бесцельно глядя в окно. Всё казалось немного нереальным — щебет птиц, шелест листвы. Казалось, миру нет никакого дела до того, что только что с ней случилось.
— Возьми, — комендант протянул ей несколько салфеток.
— Зачем? — не поняла Аня.
— Красавицу свою вытрешь, а то я в неё столько закачал, что скоро польется наружу, — немного ехидно сказал Эдуард Викторович.
Аня покраснела, взяла салфетки и, постаравшись отвернуться, старательно вытерла себя между ног. Даже прикосновения салфеток немного заставляли вздрагивать.
— Завтра тебе смеситель поставят, — сказал комендант, вставая и одеваясь. Потом посмотрел на Аню, взявшуюся за трусики, и сказал: — Хотя какое завтра, тебе до себя бы дойти.
Он натянул брюки и, набрасывая рубашку, сказал:
— Иди к себе, а я за смесителем. Жди! — шутливо погрозив пальцем, он вышел.
Аня оделась и, помявшись немного, выглянула за дверь. Никого по счастью не было, она шмыгнула на лестницу и бегом помчалась к себе. Через пять минут в дверь постучали.
Эдуард Викторович внёс коробку со смесителем, быстро распаковал его и, побренькивая гаечными ключами, отправился в ванную.
— Воду я перекрыл, — сказал он оттуда, — а работы тут минут на десять, если очень возиться.
Ане неловко было смотреть на коменданта, словно она совершила какой-то проступок, хотя ни в чем она не была виновата. Но и сидеть в комнате, пока он работал, было неудобно — как будто смеситель ему был нужен. И она поплелась в ванную.
Комендант закрутил гайки и сказал, вытирая руки:
— Я сейчас потихоньку открою воду, а ты следи. Если бежать будет — постучи немного ключом по батарее, чтоб я опять перекрыл. Поняла?
— Да, — кивнула Аня.
Но всё обошлось, вода исправно шла из кранов и лейки душа. Аня улыбнулась и вздохнула.
— Ну, как? — появился комендант. Покрутил краны, проверил всё. — Порядок! Ну, Анна Сергеевна, разрешите вас поздравить! — он протянул ей руку, улыбаясь.
— С чем? — Аня пожала ему руку, а в следующий миг уже оказалась в его объятьях. Он шлёпнул легонько её по попе, отстранился и сказал:
— С новым смесителем, конечно! А вы о чём подумали?
И лукаво улыбнулся.