Я никогда не считала себя шлюхой. Да, я любила привлекать внимание, носила короткие шорты, а в спортзале специально надевала топик на размер меньше. Но это была просто игра.
Меня зовут Алиса, мне девятнадцать, и я живу в общаге политеха на пятом этаже. Комната у нас на троих, но соседки на выходные уехали к родителям, и я осталась одна. Ну, почти одна.
Эта история случилась с Димой и Пашей. Мы учились в одной группе, они сидели позади меня. Тихие, закомплексованные задроты, вечно краснеющие, стоило мне повернуться к ним в обтягивающей водолазке. Дима — высокий, худой, с длинными пальцами и вечно взъерошенными волосами. Паша — плотнее, коренастый, с глуповатой улыбкой и руками, которые он не знал, куда деть, когда я с ним говорила.
В тот вечер пятницы за окном лило как из ведра. Я скинула им в общий чат: «Пацаны, тащите пиво и что-нибудь пожрать. Скучно, пздц». Я думала, они отмажутся, но через полчаса они уже мокли под дверью, прижимая к груди пакет с алко.
Я открыла дверь в домашнем: растянутые спортивки, которые сидели низко на бедрах, и майка-алкоголичка, где не было ничего, кроме тонких лямок. Без лифчика. Соски моментально затвердели.
— Проходите, мальчики, — сказала я, отступая в темноту прихожей.
Мы сидели на полу, потому что стулья были завалены шмотками. Я развалилась на своей кровати, опершись спиной о стену, и чувствовала их взгляды на своих ногах. Дима старательно смотрел в этикетку пива, вращая её пальцем. Паша просто тупил в пол, но когда я потянулась за чипсами, он дернулся, и мы чуть не столкнулись головами.
— Спокойно, Паш, я не кусаюсь, — усмехнулась я, чувствуя, как внутри разливается тепло от алкоголя и их близости.
— Да я просто… чипсы… — промямлил он.
Я смотрела на них и думала: «Боже, как же вы меня заводите своей стеснительностью». Серьезно. Если бы пришел какой-нибудь качок с четвёртого этажа, который трахает каждую вторую, мне было бы пофиг. А эти сидели, как два пса, которые бояться подойти к миске.
Дима поднял глаза. На секунду мы встретились взглядами. Я специально облизала палец, слизывая соль. Он сглотнул. Я видела, как дернулся кадык.
— Алис, у тебя парень есть? — вдруг ляпнул Паша и сам испугался своего голоса.
Я засмеялась:
— А что? Интересуешься?
Оба замолчали. Я отставила банку в сторону и потянулась, специально выгибая спину. Майка задралась, открывая полоску живота. В глазах у Димы появился какой-то странный, почти голодный блеск.
— Слушайте, — я перешла на шепот, наклонившись ближе. Пиво ударило в голову. — А вы когда-нибудь… ну, это… пробовали секс втроем?
Повисла такая тишина, что было слышно, как за стеной сосед долбит по клавиатуре.
Паша открыл рот, закрыл, снова открыл. Дима вцепился в банку так, что алюминий жалобно хрустнул.
— Ты это… серьезно? — выдавил он.
Я пожала плечами, стараясь выглядеть максимально расслабленно, хотя сердце колотилось где-то в горле.
— Ну да. Просто интересно. Говорят, многие пробуют в студенчестве. А я вот не пробовала.
Я врала. Конечно, я хотела этого. Я фантазировала об этом ночами, зажимая подушку между ног. Но сказать им прямо — это было выше моих сил. Поэтому я играла роль любопытной кошечки.
— И с кем бы ты… — начал Паша и не закончил.
— Не знаю, — я отвела волосы с лица, заправляя прядь за ухо. — С теми, кому доверяю.
Я смотрела прямо на Диму. Он выдержал взгляд секунд пять, потом шумно выдохнул и поставил банку на пол. Резко, слишком резко.
— Алиса, ты серьезно? — его голос дрогнул. — Ты про нас сейчас?
В комнате стало жарко. Я скинула тапки и поджала ноги под себя. Спортивки натянулись на бедрах.
— А вы бы хотели? — спросила я тихо.
Дима с Пашей переглянулись. Между ними пробежало какое-то безмолвное соглашение. Дима кивнул. Паша судорожно сглотнул и кивнул следом.
— Тогда идите сюда, — я похлопала ладонью по кровати рядом с собой. — Ближе.
Дима пересесть не успел — он просто рухнул рядом, пружины матраса жалобно скрипнули. Паша замялся на секунду, потом неуклюже пристроился с другой стороны. Я оказалась зажата между ними.
Я повернула голову к Диме. Вблизи его глаза казались темно-карими, почти черными. Я положила ладонь ему на колено. Он дернулся, как от удара током.
— Расслабься, — выдохнула я прямо в губы. — Ты же хочешь меня поцеловать. Давай.
Это был странный поцелуй. Сначала неуверенный. Но как только наши языки встретились, Диму прорвало. Он вцепился в мои волосы, притягивая ближе, и целовал жадно, глубоко, словно умирал от жажды. Я чувствовала его пальцы, сжимающие пряди у затылка.
В то же время я почувствовала движение сзади. Паша. Он не решался прикоснуться, просто смотрел. Я разорвала поцелуй с Димой, тяжело дыша, и обернулась.
— Паш, ты чего? Иди сюда.
Я взяла его руку и положила себе на талию. Прямо под майку. Кожа к коже. Он шумно выдохнул, и его пальцы несмело поползли вверх.
Дима в это время уже целовал мою шею, спускаясь к ключице. Я запрокинула голову, подставляясь. Паша стянул лямку майки с плеча. Еще секунда — и моя грудь освободилась от ткани, тяжелая, с уже налившимся соском.
— Господи, — выдохнул Дима, глядя на неё. — Какая же ты красивая.
Он наклонился и взял сосок в рот. Я охнула, вцепившись ему в волосы. Паша, глядя на это, начал мять вторую грудь, неуклюже, но с таким искренним восхищением, что у меня свело живот от желания.
— Паша, раздень меня, — прошептала я. — Я хочу чувствовать ваши руки.
Он стащил с меня майку через голову. Я откинулась на подушку. Спортивки полетели на пол следом. Я осталась в одних трусах — простых, хлопковых, но уже влажных от возбуждения.
Дима смотрел на мои ноги. Он провел ладонью от колена вверх, до самого края резинки.
— Можно? — хрипло спросил он.
— Можно всё.
Он стянул трусы. Паша тоже разделся — сбросил джинсы и футболку, остался в боксерах, где уже отчетливо вырисовывался стояк.
Дима раздвинул мои колени. Я раскрылась перед ними полностью, без стеснения. Он смотрел на мою киску так, будто видел чудо света. Пальцы дрожали, когда он провел по влажным складкам.
— Боже, какая ты мокрая, — выдохнул он.
— Это из-за вас, — простонала я. — Не томи уже.
Он наклонился. Первое прикосновение его языка — и меня выгнуло дугой. Он лизал медленно, неуверенно, ища правильный ритм. Я направила его голову:
— Вот тут… да, не останавливайся…
Паша сидел рядом, сжимая свой член через ткань. Я посмотрела на него:
— Хочешь в ротик?
Он кивнул, не в силах сказать ни слова. Я взялась за резинку его боксеров и стянула вниз. Его член выскочил наружу — не очень длинный, но толстый, с набухшей головкой. Крайняя плоть уже съехала, открывая влажный блеск.
Я облизала губы и наклонилась. Взяла его в рот сразу глубоко, насколько могла. Паша застонал, вцепившись пальцами в простыню. Я двигала головой в ритм с языком Димы, который продолжал работать у меня между ног. Это было невероятно — чувствовать, как один вылизывает меня до дрожи, а второй наполняет рот.
— Алиса, я сейчас… — прохрипел Паша.
Я вынула член и лизнула головку, глядя ему в глаза:
— Рано. Я хочу, чтобы вы оба кончили внутрь.
Мы поменялись. Теперь Дима подставил мне свой член — длинный, с идеально ровным стволом. Паша опустился лицом мне между ног. Он был менее умелым, чем Дима, иногда задевал зубами клитор, но его старание и желание доставить удовольствие было таким искренним, что я прощала ему всё.
— Давай внутрь, — приказала я, когда терпеть уже не было сил. — Дима, первый.
Он навис надо мной, глядя в глаза. Я обвила ногами его талию. Когда головка уперлась во вход, я выдохнула:
— Давай же.
Он вошёл медленно, по сантиметру. Я чувствовала, как мои стенки раздвигаются, принимая его. Он был узким для меня — или я была слишком тесной для него. Но когда он вошёл полностью и замер, я увидела на его лице настоящее откровение.
— Охренеть, — выдохнул он. — Как же там хорошо…
Я задвигала бедрами, насаживаясь на него. Паша сел сбоку, гладя меня по груди, целуя плечи. Я повернула голову и поцеловала его. Дима ускорился, его толчки стали резче, глубже.
— Хочу еще, — выдохнула я в губы Паше. — Хочу сразу два.
Паша растерялся:
— Как?
Я усмехнулась. Перевернулась на живот, встав на колени. Дима сзади, Паша — в рот. Я сжала губы вокруг члена Паши и одновременно почувствовала, как Дима входит в меня сзади. Эта поза была безумно глубокой. Он двигался быстро, я скулила от переизбытка ощущений, вцепившись в бедра Паши.
— Близко, — прохрипел Дима. — Я сейчас…
— Кончай внутрь, — приказала я, оторвавшись ото рта Паши.
Громкий стон Димы, его пальцы до синяков впились в мои ягодицы, и я почувствовала горячую струю глубоко внутри. Тепло разлилось по животу.
Дима вышел. Я сразу взяла член Паши в рот, вылизывая его влажным ртом, и одновременно пальцами гладила свой клитор. Дима гладил мои бедра, шептал что-то ласковое.
— В рот кончи, — попросила я. — Хочу попробовать.
Паша застонал, конвульсивно дернулся, и сперма ударила в нёбо — густая, солоноватая. Я глотнула, слизала остатки с головки и только тогда позволила себе разрядку.
Оргазм накрыл меня внезапно, мощной волной. Я закричала, сжимая бедра, чувствуя, как внутри пульсирует сперма Димы, вытекая по ногам.
Мы лежали втроём на узкой кровати. Я в центре, разбитая, влажная, счастливая. Дима курил в форточку, хотя в комнате курить было нельзя. Паша гладил мой живот, рассеянно чертя пальцем круги.
— У меня девушки никогда не было, — вдруг тихо сказал он. — Никогда.
Я повернула голову:
— Серьезно?
— Ага. Я даже поцеловаться до сегодня боялся. Думал, не смогу.
Дима выдохнул дым на улицу:
— У меня была. Один раз. Но такого, как с тобой… не было.
Я смотрела в потолок. Чувствовала, как их семя вытекает из меня, пачкая простыню. В голове было пусто и легко.
— Это была моя первая групповуха, — призналась я. — И знаете… мне зашло.
— Мы будем… встречаться? — спросил Паша с надеждой в голосе.
Я села на кровати, натянув простыню на грудь. Посмотрела на обоих.
— Ребят, давайте не усложнять? Вы классные, секс был офигенный. Но я пока не готова к отношениям. Тем более… с двумя сразу.
Дима кивнул. Он, кажется, понял. Паша погрустнел, но спорить не стал.
— Но если захотите повторить… — я улыбнулась, — вы знаете, где я живу.
Они ушли около часа ночи. Дождь закончился. Я закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и сползла на пол.
Запах секса всё еще витал в комнате. Простыня была безнадежно испорчена. Завтра придется стирать.
Я улыбнулась.
В кармане пиликнул телефон. Общий чат.
Дима: Спасибо за вечер. Спокойной ночи.
Паша: +1
Я набрала:
Я: Спокойной ночи, мальчики.
Я знала, что они сейчас лежат каждый в своей постели и думают обо мне. О том, как Дима кончал в меня, а Паша — в рот. О том, как я стонала.
Я сунула руку между ног. Всё ещё влажно, всё ещё горячо.
— Интересно, — подумала я, — когда они решатся прийти снова.
Засыпая, я чувствовала себя самой порочной девчонкой на всём пятом этаже.