Мы приехали на пляж около полудня. Марина заметно нервничала, теребя завязки своего сарафана, и всё оглядывалась — не видит ли кто из знакомых. Пляж был диким, скрытым от посторонних глаз скалистым выступом, и добираться сюда пришлось по тропке через кустарник. Я ободряюще сжал её ладошку.
— Ну что, раздеваемся? — я первым скинул шорты.
Марина ещё помедлила, покусала губку, а затем решительно стянула сарафан через голову. Под ним ничего не было — мы договорились ещё дома. Её небольшая аккуратная грудь с бледно-розовыми сосками сразу напряглась от лёгкого ветерка, а между ног темнел треугольник волос — Марина не жаловала бритьё наголо и оставляла аккуратную полоску. Я откровенно залюбовался женой: при росте чуть выше среднего у неё была ладная фигурка с плавными изгибами, чуть широковатые, но очень женственные бёдра и та самая попка, которую я так любил потискивать по утрам.
— Не смотри так, — она зарделась и прикрыла грудь руками. — Пойдём к воде.
Мы расстелили покрывало и улеглись. Народу было немного: пожилая пара довольно далеко, какая-то женщина с книгой под тентом и компания из трёх мужчин метрах в пятнадцати от нас. Они сразу приметили Марину, когда мы проходили мимо, и теперь время от времени бросали на неё взгляды. Вполне естественно — моя жена была единственной молодой и действительно привлекательной женщиной на всём пляже.
— На нас смотрят, — прошептала Марина, косясь в сторону мужчин.
— Ты сама хотела попробовать, — напомнил я. — Иди искупнись, не обращай внимания.
Она поднялась и, чуть сутулясь от смущения, пошла к воде. Её ягодицы мягко покачивались при ходьбе, и я заметил, как один из мужчин — коренастый, лет сорока пяти, с выгоревшими на солнце волосами на груди — откровенно уставился на неё поверх тёмных очков. Марина вошла в воду, ойкнула от прохлады и поплыла. Через минуту из воды поднялся второй из той компании — высокий, худощавый, с татуировкой на плече — и тоже зашёл в море. Я видел, как он приблизился к жене и что-то сказал. Марина оглянулась на меня, я привстал на локте и кивнул ей. Она снова повернулась к незнакомцу и, судя по жестам, ответила.
Через несколько минут они вместе вышли из воды. Татуированный что-то оживлённо рассказывал, размахивая руками, а Марина шла рядом, уже не прикрываясь, и даже улыбалась. Капли воды стекали по её груди, поблёскивая на сосках. Мужчина представился Павлом. Его друзья — коренастый Роман и плотный лысоватый Андрей — подошли знакомиться.
— Редкая гостья у нас тут, — пробасил Роман, без стеснения разглядывая Марину. — Мы тут каждые выходные, а такую красоту видим впервые.
Марина снова покраснела и машинально пригладила мокрые волосы. Мы разговорились. Оказалось, мужики — заядлые нудисты и на этом пляже чувствуют себя полными хозяевами. Они предложили выпить, и вскоре мы сидели все вместе на их большом пледе. Марина, осмелев от глотка вина, уже не так робела и свободно болтала, сидя на коленях у меня. Я чувствовал её тёплую попу на своих бёдрах и потихоньку возбуждался, тем более что видел — мужчины тоже не остались равнодушными. У Романа заметно набух пах, а Андрей и вовсе не стеснялся, время от времени перекладывая свой уже полувставший член рукой.
— Марина, а ты не хочешь нам показать, как загораешь? — вдруг спросил Павел. — А то всё сидишь, прячешься.
Марина вопросительно посмотрела на меня. Я пожал плечами, давая понять, что решать ей. Она поднялась и перешла на их плед.
— Как ложиться-то? — робко спросила она.
— А ты на животик, — подсказал Андрей и похлопал ладонью рядом с собой.
Марина улеглась, подставив спинку солнцу. Роман тут же вызвался натереть её кремом. Марина чуть напряглась, когда его широкая ладонь легла ей на плечи, но возражать не стала. Роман двигал руками медленно, растирая крем по лопаткам, позвоночнику, бокам. Остальные следили за каждым его движением. Когда его руки достигли поясницы, Марина чуть прогнулась.
— А теперь перевернись, — сказал Роман.
Марина перевернулась на спину. Её соски затвердели и торчали маленькими розовыми камешками. Роман обмакнул пальцы в крем и принялся втирать его в её плечи, затем спустился на ключицы. Марина прикрыла глаза. Его ладони легли на её грудь — сперва осторожно, будто невзначай, а затем всё увереннее. Он мял её мягкие полушария, размазывая крем по соскам круговыми движениями. Марина задышала чаще, её грудь поднималась и опускалась. Андрей, сидевший у её ног, тоже протянул руку и положил ладонь на её бедро. Марина не шелохнулась.
— Хорошая у тебя жена, — проговорил Павел, обращаясь ко мне. — Очень отзывчивая.
Роман тем временем переключился на её животик, а Андрей уже гладил внутреннюю поверхность её бёдер. Марина лежала, закусив губку, и лишь ресницы её подрагивали. Когда пальцы Андрея добрались до тёмных завитков и чуть скользнули ниже, она тихонько охнула. Роман понял это как сигнал и, наклонившись, поцеловал её в сосок. Марина выгнулась навстречу.
— Можно? — Андрей посмотрел на меня.
— Спросите у неё, — ответил я, чувствуя, как от возбуждения пересохло в горле.
— Мариночка? — он погладил её по лобку.
— Да… — выдохнула она, не открывая глаз.
Андрей тут же развёл её ножки пошире и склонился к промежности. Марина вскрикнула, когда его язык коснулся её клитора. Павел тем временем устроился у её головы и, поглаживая свой вставший член, поднёс его к её лицу. Марина открыла глаза, увидела набухшую головку прямо перед губами и, чуть помедлив, приоткрыла ротик. Павел шумно выдохнул, когда её губки сомкнулись вокруг его плоти.
Мою жену ласкали двое, а третий — Роман — продолжал мять её грудь, пощипывая соски. Я сидел в паре метров и наблюдал, ощущая себя одновременно лишним и странно возбуждённым. Марина постанывала, не выпуская члена Павла из ротика. Андрей трудился языком с явным знанием дела, и вскоре Марина забилась в оргазме, её стоны стали громче, она выпустила член изо рта и закричала, сжимая бёдрами голову Андрея.
Первый оргазм жены словно сорвал последний тормоз. Когда Андрей отстранился, его борода блестела от её соков. Марина тяжело дышала, раскинувшись на пледе, её грудь вздымалась, а между разведённых ног влажно поблёскивали припухшие половые губки.
— Теперь давай по-настоящему, — сказал Роман и помог Марине подняться. Он усадил её на себя сверху, лицом к морю. Марина послушно оседлала его, и я видел, как напряглись мышцы на её ягодицах, когда она принялась опускаться на его торчащий кверху хуй. Роман взял её под бёдра и помогал двигаться, время от времени шлёпая по попке. Её ягодички подрагивали от каждого шлепка, а Марина уже и не думала смущаться — она скакала на нём, запрокинув голову, и сама насаживалась до упора, при каждом движении издавая короткие стоны.
Павел подошёл спереди. Марина сама потянулась к его паху и взяла член в ротик. Теперь она уже не робела — она сосала жадно, взахлёб, помогая себе ладошкой у основания. Её щёки втягивались, когда она заглатывала его целиком. Андрей устроился сзади и стал целовать её шею, попутно нащупывая пальцами её анус. Марина дёрнулась, но промолчала — рот был занят.
Втроём они мучили её, наверное, около часа. Роман кончил первым, и Марина, соскользнув с него, опустилась на колени, приняв его сперму на грудь. Павел, видя это, тоже задышал часто и, вытащив член изо рта жены, стал дрочить на её лицо. Марина сама приоткрыла ротик и высунула язычок, когда горячие струйки брызнули ей на щёки и подбородок. Андрей же, оставшись последним, разложил её на покрывале и, натянув презерватив, забрался сверху. Он двигался в ней мощно, с оттяжкой, и Марина обхватила его ногами, встречая каждый толчок. На этот раз она точно кончала — её крики разносились над пустынным пляжем, она царапала Андрею спину и вжималась в него всем телом, пока наконец оба не затихли.
Потом Марина лежала, приходя в себя, и мужчины по очереди вытирали её влажными салфетками, попутно облапывая и нахваливая её тело. Её лицо, шея и грудь были перепачканы спермой, на пледе валялись использованные гандоны.
— А муж-то как? — вдруг вспомнил Павел, глядя на меня. — Совсем про тебя забыли.
— Подь сюда, — поманил меня Роман.
Я подошёл. Мой член уже изнемогал от возбуждения — я не прикасался к себе всё это время, хотя ужасно хотелось. Марина посмотрела на меня затуманенным взором и улыбнулась. Ей помогли подняться.
— Иди ко мне, мой хороший, — она притянула меня к себе и поцеловала. Её губы пахли спермой Павла, но меня это только завело. Она уложила меня на покрывало и оседлала сама. Внутри она была горячая, мокрая и какая-то особенно податливая после всех этих членов. Марина скакала на мне, насаживаясь глубоко, и её грудь с блестящими от слюны сосками прыгала у меня перед глазами. Мужчины стояли вокруг и подбадривали её.
— Давай, Марина, покажи мужу, как надо!
— Жми, красавица, не жалей его!
Я кончил быстро — слишком долго терпел. Марина, почувствовав, как я разряжаюсь в неё, сжала меня внутри и, наклонившись, зашептала на ухо:
— Люблю тебя… Люблю тебя, мой милый…
Потом мы ещё долго сидели, пили вино из пластиковых стаканчиков. Марина так и осталась голой, лишь накинула мой лёгкий пиджак на плечи, и сидела, скрестив ноги, между мной и Романом. Мужчины наперебой хвалили её, она смеялась и краснела, но было видно — ей это нравится. Она чувствовала себя королевой этого маленького пляжного королевства.
Вечером, когда мы брели по тропинке обратно к машине, Марина прижалась ко мне и тихо спросила:
— Рома, а тебе правда понравилось?
— Очень, — ответил я.
— И мне, — она помолчала. — Знаешь, я так боялась, что ты будешь ревновать или расстроишься. А ты сидел и смотрел… и мне от этого ещё сильнее хотелось. Странно, да?
— Ничего странного, — я приобнял её за талию.
— А знаешь, — она вдруг хитро улыбнулась, — Роман дал мне свой телефон. Сказал, в следующие выходные они снова здесь будут. И ещё кое-кого приведут. Говорит, у них тут целая компания — кто любит нудизм… и не только.
— Хочешь опять?
Она остановилась, посмотрела мне в глаза и с улыбкой кивнула:
— Очень хочу.
Я поцеловал её в ответ, и мы пошли к машине. Всю дорогу домой Марина сидела, прикрыв глаза, и загадочно улыбалась каким-то своим мыслям, а я уже думал о следующих выходных.