Алина собирается. Стоит перед зеркалом в ванной, накручивает волосы на бигуди. Волосы у неё длинные, крашеные в рыжий, хотя от природы она тёмная. Игорь лежит на кровати, смотрит в телефон, но краем глаза наблюдает за ней через приоткрытую дверь.
Она не красится. Не сегодня. Сегодня ей нужно выглядеть обычно. Обычная жена, обычная женщина. Джинсы, свитер, кроссовки. Никакой помады, никаких теней. Только блеск для губ, прозрачный. Она объяснила это просто: клиент новый, молодой, хочет «как будто случайно познакомились». Такие иногда попадаются. Им не нужна проститутка в чулках. Им нужна иллюзия. Она умеет создавать иллюзии.
Игорь не спрашивает, куда она едет. Он знает, что она расскажет потом. Она всегда рассказывает. Это её условие, её правило. Она говорит: «Ты должен знать всё. Иначе это не считается». Он не спорил. Ему и самому хотелось знать.
Она заходит в спальню, наклоняется над комодом, ищет что-то в ящике. Свитер задирается, видно поясницу, маленькую родинку слева. Она находит то, что искала — маленький флакон духов. Пшикает на шею, на запястья. Потом поворачивается к нему.
— Ну как? — спрашивает. — Нормально выгляжу?
— Нормально.
— Не слишком? Не видно, что я…
— Не видно.
Она кивает, берёт сумку. Уже у двери оборачивается.
— Я вернусь поздно. Может, очень поздно. Не жди, ложись.
— Ага.
— И не дрочи пока меня нет. Подожди. Я хочу, чтобы ты дождался.
— Хорошо.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Она улыбается, подходит, целует его в щёку. Губы сухие, почти безвкусные. Потом уходит. Хлопает входная дверь. Игорь остаётся один.
Лежит, смотрит в потолок. Член уже стоит, но он не трогает его. Обещал. Она вернётся, расскажет, и тогда… Тогда будет можно.
Он ждёт.
Алина вернулась в час ночи. Игорь не спал. Лежал в темноте, слушал, как поворачивается ключ в замке, как она скидывает кроссовки в прихожей, как идёт на кухню. Звякнула чашка. Потом шаги в спальню.
Она вошла, не включая свет. Села на край кровати. От неё пахло чужим одеколоном, сигаретами и чем-то ещё, тёплым, телесным. Он знал этот запах. Запах чужого тела на её теле.
— Не спишь? — спросила она.
— Нет.
— Хорошо. Я думала, ты уснул.
Она помолчала. Он слышал, как она дышит. Ровно, спокойно. Она всегда после возвращения была спокойной. Уставшей, но спокойной.
— Включи свет, — сказала она. — Хочу, чтобы ты видел.
Он протянул руку, щёлкнул выключателем настольной лампы. Свет ударил по глазам. Она сидела на кровати, всё ещё в джинсах и свитере, но свитер был помят, а на джинсах, на левом бедре, он увидел мокрое пятно. Маленькое, но он его увидел.
— Ну что, — сказала она. — Слушай.
Она подтянула ноги под себя, села поудобнее, как будто собиралась рассказывать длинную историю. Он знал эту позу. Значит, было что-то интересное. Не просто трахнули и выгнали.
— Познакомились мы, как я и говорила, случайно. Бар на Тверской, обычный, не из дорогих. Он сидел один, пил пиво. Молодой, лет двадцать пять, может, двадцать восемь. Симпатичный. Спортивный. Я села рядом, заказала вина. Сделала вид, что жду подругу. Подруга, конечно, не пришла. Он сам заговорил. Спросил, не скучаю ли я. Я сказала, что скучаю. Он предложил выпить вместе. Я согласилась.
Она замолчала, посмотрела на него. Игорь лежал, не двигаясь. Член опять начал подниматься, но он не трогал его. Ждал.
— Ну и? — спросил он.
— Ну и всё. Выпили. Поговорили. Он рассказал, что приехал из Питера, что работает в IT, что у него никого нет в Москве. Я сказала, что замужем, но муж не ревнивый. Он удивился. Спросил, правда ли. Я сказала, что правда. Он не поверил. Тогда я сказала: хочешь проверить? Он сказал: хочу.
Она снова замолчала. Встала, стянула свитер через голову. Под свитером ничего не было. Груди с сосками, которые уже затвердели. Она посмотрела на него, усмехнулась.
— Смотри, — сказала она. — Вот здесь он меня трогал. — Она провела ладонью по груди. — Сначала через свитер, потом залез под него. Прямо в баре. Никто не видел, мы сидели в углу. Он щипал соски, а я делала вид, что пью вино. Потом он сказал: поехали ко мне. Я сказала: поехали.
Она расстегнула джинсы, спустила их вместе с трусами. На трусах, на чёрных маленьких трусах, он увидел то же самое — мокрое пятно. Больше, чем на джинсах. Она развела ноги, показала ему.
— Вот, — сказала она. — Смотри. Это его сперма. Я её не вытирала. Специально. Для тебя.
Он смотрел. Запах стал сильнее. Его член стоял уже колом, но он всё ещё не трогал его.
— Он снял квартиру, — продолжила она. — Обычная студия, кровать, стол, телевизор. Мы даже не дошли до кровати. Начали в коридоре. Он прижал меня к стене, стянул джинсы. Трусы я сама сняла, вот эти, — она кивнула на трусы в своей руке. — Он даже не стал меня раздевать полностью. Просто спустил джинсы до колен, и всё. Вошёл сразу. Я была мокрая, так что вошёл легко. Трахал меня у стены минут десять, быстро, грубо. Я даже не успела кончить. Он кончил, вышел, пошёл в душ. Я осталась стоять в коридоре, джинсы на коленях, его сперма вытекает. Потом он вернулся, посмотрел на меня и сказал: «А ты и правда шлюха». Я сказала: «Да». Он сказал: «Сколько?» Я сказала: «Двести». Он заплатил. Вот.
Она полезла в сумку, достала две сотенные бумажки. Бросила их на кровать, рядом с ним. Он посмотрел на деньги. Потом на неё. Потом опять на деньги.
— И всё? — спросил он.
— Не всё, — сказала она. — Он попросил остаться. Сказал, что хочет ещё. Я осталась. Мы трахались на кровати. Долго. Он оказался выносливым. Три раза. В попу тоже трахнул. Я не сопротивлялась. Он сказал, что анал ему нравится больше. Я сказала, что мне тоже. Он удивился. Сказал, что не встречал таких девушек. Я сказала, что он мало кого встречал.
Она усмехнулась. Провела рукой по животу, ниже, между ног. Он видел, как её пальцы коснулись того места, откуда всё ещё вытекало.
— Хочешь попробовать? — спросила она. — На вкус. Его сперму. Я знаю, ты хочешь.
Он не ответил. Просто приподнялся, взял её за бедро, притянул к себе. Она легла на спину, раздвинула ноги. Он опустил голову. Пахло чужим. Чужим членом, чужой спермой, чужим потом. Он провёл языком. Она выгнулась, застонала.
— Вот так, — сказала она. — Вот так. А теперь трахни меня.
Он вошёл. Она была мокрая, очень горячая, но всё равно узкая. Он двигался медленно, чувствуя, как внутри неё всё скользит. Она смотрела на него, улыбалась.
— Тебе нравится? — спросила она.
— Очень.
— У него член больше намного. Но твой мне нравится больше. Потому что твой — любимый. А его — чужой. Чужой член, который трахал меня в жопу. А теперь ты трахаешь меня в пизду, где была его сперма. Чувствуешь?
Он чувствовал. Он кончил быстро. Она не кончила. Она редко кончала с ним. Но ей, кажется, было всё равно. Она лежала, смотрела в потолок, улыбалась.
— Завтра он позвонит, — сказала она. — Спросит, можно ли ещё. Я скажу, что можно. Но уже за триста. Потому что он теперь постоянный клиент. Постоянные платят больше.
— Ага, — сказал он.
— Ты же не против?
— Нет.
— Хорошо. А теперь спи. Я устала.
Она повернулась на бок, натянула одеяло. Он лежал рядом, смотрел на деньги на тумбочке. Двести долларов. За два часа. Неплохо. Он подумал, что, может, и ему стоит начать брать деньги. Но потом вспомнил, что он лишь куколд. Он просто муж шлюхи.