Устроился я после увольнения в службу безопасности загородного комплекса «Лесной». Место дорогое, работа несложная: стой у ворот, встречай гостей, смотри по камерам, чтобы никто не буянил. Смена выпала ночная, как раз на закрытую вечеринку какой-то финансовой компании. Они сняли весь главный корпус с банкетным залом, спа-зоной и отдельными коттеджами для особо важных персон. Мне выдали темный костюм, рацию и сказали не светиться.
Около полуночи публика набралась изрядно. Я дежурил в комнате охраны, лениво переключая картинки с камер. На экране мелькали пьяные танцы, купание в бассейне в одежде, пара перепалок между менеджерами. Скука. Я уже собирался налить себе чаю, как вдруг камера в спа-крыле показала знакомый силуэт. Присмотрелся — и оторопел. Это была Татьяна Викторовна, моя бывшая начальница. Та самая стерва, что полгода назад вышвырнула меня с должности старшего менеджера по липовой статье. Королева в юбке, которая строила из себя недосягаемую, а на деле — расчетливая гадина. И вот она, пошатываясь, в одном халате на голое тело, заходит в коттедж №5 в сопровождении двух коллег мужского пола.
Я увеличил изображение. Коттедж был оборудован гостиной с панорамными окнами, барной стойкой и огромным кожаным диваном. Татьяна плюхнулась на диван, халат распахнулся. Мужики — один плотный лысеющий, второй помоложе с модной бородкой — явно не собирались расходиться. Плотный налил ей еще бокал виски, она выпила залпом и сама потянулась к нему губами. Я сглотнул. Внутри закипала дикая смесь злости и возбуждения.
Через минуту картина стала откровенной. Бородатый стянул с нее халат и принялся мять грудь, плотный тем временем расстегнул брюки и направил ее голову вниз. Татьяна не сопротивлялась, наоборот, жадно заглатывала, мычала, извивалась. Плотный задрал ее зад кверху, пристроился сзади и вошел одним резким движением. Она вскрикнула, но бородатый тут же заткнул ей рот, сунув свой член поглубже. Они отрабатывали ее слаженно, как механизм, периодически меняясь местами. Я сидел прикованный к экрану.
В какой-то момент плотный кончил ей на спину, хлопнул по ягодице и вышел из кадра. Бородатый перевернул ее на спину, закинул ноги себе на плечи и продолжил долбить уже в другом темпе, размеренно и глубоко. Татьяна стонала в голос, царапала диван. Я заметил, что в коттедже есть второй выход через террасу, и ключ-карта от него лежит в сейфе охраны. План созрел мгновенно.
Я взял универсальный ключ, медицинскую маску, которая завалялась в аптечке, и бесшумно вышел из дежурки. Через минуту уже стоял на затемненной террасе коттеджа. Дверь открылась неслышно. Внутри играла приглушенная музыка, пахло потом, алкоголем и сексом. Бородатый как раз закончил, вытерся полотенцем и вышел в соседнюю комнату, видимо, в душ. Татьяна осталась лежать на диване, раскинув ноги, тяжело дыша. Глаза закрыты.
Я надел маску, подошел бесшумно и встал над ней. Она почувствовала присутствие, разлепила веки. В полутьме она видела только силуэт в черном костюме. «Кто вы?» — прошептала она заплетающимся языком. Вместо ответа я расстегнул ширинку и взял ее за подбородок. Она попыталась возмутиться, но я надавил, и ее губы послушно разомкнулись. Она явно решила, что это кто-то из своих, очередной коллега. Я трахал ее рот жестко, без намека на нежность, придерживая за затылок. Она давилась, по подбородку текла слюна, но терпела. Терпела, потому что не знала, кто я. А я вспоминал каждое ее унизительное слово при увольнении и с каждым толчком возвращал должок.
Потом я развернул ее спиной к себе, поставил раком на диване и взял сзади. Внутри у нее было горячо и влажно. Она уперлась руками в подлокотник и глухо постанывала. Я наклонился к уху и тихо произнес: «Нравится, Татьяна Викторовна?» Она вздрогнула, попыталась обернуться, но я схватил ее за волосы и уткнул лицом в диванную подушку. Узнавание боролось в ней с хмелем и похотью. Она дернулась, но я держал крепко и продолжал вбиваться, ускоряя ритм. Через несколько минут она уже не сопротивлялась, а только подмахивала мне навстречу и сдавленно мычала в подушку.
Я почувствовал, что пора заканчивать. Вышел, перевернул ее на спину и, глядя прямо в пьяные, ошалевшие глаза, кончил ей на грудь. Она смотрела на меня, силясь сфокусировать взгляд. В этот момент я стянул маску. В ее зрачках промелькнул ужас пополам с узнаванием. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но не смогла выдавить ни звука. Я молча застегнулся, поправил пиджак и вышел через террасу, оставив ее лежать в полном опустошении.
Вернувшись в дежурку, я посмотрел на монитор. Татьяна сидела на диване, прижимая к груди скомканный халат, и смотрела в одну точку. Из душа вернулся бородатый, что-то спросил, она махнула рукой. Вечеринка продолжалась, но для нее все уже кончилось. Я отхлебнул остывший чай и усмехнулся. Карма — штука, конечно, занятная. Но ничто не сравнится с ее ручным управлением.