Пар висел густым молоком, обволакивая голые тела, скользя по разгорячённой коже. В предбаннике пахло берёзовым веником, дешёвым виски и потом — смесь резкая, пьянящая, будто провоцирующая на что-то грешное.
— Ну чё, пацаны, традиция! — Антон, коренастый, с медвежьими плечами и татуировкой «Carpe Diem» на рёбрах, хлопнул ладонью по деревянному столу, заставленному бутылками. — Кто последний заходит в парилку — тот всех поит!
Смех, шлепки полотенцами, возня. Их было пятеро: давние друзья, знакомые много лет, теперь — двадцатипятилетние мужики с работой, долгами и вечной тоской по чему-то такому, от чего кровь стучит в висках.
Вика, единственная девушка в компании, сидела на краю лавки, обхватив колени. Рыжеволосая, с каплей пота на ключице, она закусывала губу, наблюдая, как Владислав, высокий и жилистый, сбрасывает шорты перед заходом в парилку. Он повернулся — и она быстро отвела глаза, но было поздно: он заметил. Ухмыльнулся.
— Ты чего, Викусь, краснеешь? — Руслан, самый тихий из них, с хищными зелёными глазами и привычкой молча наблюдать, потянулся за пивом. — Или уже накурилась?
— Да ну тебя, — фыркнула она, но ноги поджала крепче.
Олег, последний в их компании — ушастый, вечно весёлый, с вечно грязными шутками, — уже наливал всем по стопке.
— Ну-ка, давайте, перед заходом! — Он поднял стакан. — За друзей, за ночь, за то, чтобы никто не сдох от жары!
Глотнули. Огонь в груди, смех, толчки. Антон первым рванул в парилку, за ним — Олег. Владислав задержался, наклонился к Вике:
— Ты точно хочешь с нами? — Голос низкий, с намёком. — Там же жарко будет… во всех смыслах.
Она почувствовала, как по спине пробежали мурашки.
— А ты чего, испугался, что я не выдержу? — парировала она, но голос дрогнул.
Владислав рассмеялся и шлёпнул её по заднице полотенцем.
— Тогда не отставай.
Дверь в парилку захлопнулась. Вика осталась одна на секунду, вдыхая влажный воздух. В голове стучало: «Чёрт, они же все голые там…»
Вика задержалась в предбаннике на пару секунд, чтобы перевести дух. Сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди. «Чего ты трясешься? Это же просто баня…» Но она знала — это не «просто». Не когда все они там, голые, потные, смеющиеся, а она — единственная девушка в этой волчьей стае.
Она сбросила полотенце и вошла.
Пар ударил в лицо, обжёг лёгкие. В углу, на верхней полке, сидели Антон и Олег, их тела блестели, а смех гремел, как гром. Руслан стоял у печки, подбрасывал воду на камни — шипение, новый виток жара. Владислав полулежал на лавке, расставив ноги, и его взгляд сразу нашёл Вику.
— Ну наконец-то, — проворчал он, и уголок рта дрогнул.
Она прикрыла грудь рукой, но тут же опустила её — стыдно было показаться робкой.
— Место есть? — спросила, стараясь звучать уверенно.
— Конечно, — Антон подвинулся, шлёпнув ладонью по дереву рядом с собой. — Садись, грешница.
Она пристроилась между ним и Владиславом. Кожа к коже. Горячо, липко, тесно.
Олег протянул бутылку.
— На, разогрейся изнутри.
Она глотнула — виски обожгло горло. Кашель, смех, Олег хлопал её по спине.
— Осторожно, — прошипел Владислав, — а то ещё захлебнётся.
— Да я в порядке, — отмахнулась она, но голос звучал хрипло.
Тишина. Только капли пота, падающие на пол, и учащённое дыхание.
Потом Руслан неожиданно сказал:
— А помнишь, Викусь, ещё давно, когда ты зашла к нам в раздевалку после тренажёрки?
— Ой, бля, — засмеялся Антон. — Мы тогда все, как дураки, полотенцами прикрывались.
— А ты не прикрылась, — Руслан прищурился. — Стояла и смотрела.
Жар стал невыносимым. Не от пара.
— Может, тебе тогда понравилось? — Владислав наклонился к её уху, голос шершавый, как наждак.
Вика не ответила. Но её нога дрогнула, случайно коснувшись его бедра.
Он не отодвинулся.
Тишина в парилке стала густой, как мёд. Вика чувствовала, как капли пота скатываются между грудями, как пульс бьётся в висках. Владислав не отодвигался — его бедро плотно прижато к её ноге, горячее, почти обжигающее.
— Ну и духота… — пробормотал Олег, но в его голосе была странная напряжённость. Он потянулся за бутылкой, и в движении его локоть задел Вику по плечу.
— Ой, сорян, — хохотнул он, но его пальцы намеренно задержались на её коже на секунду дольше, чем нужно.
Антон наблюдал за этим, его карие глаза блестели в полумраке.
— Викусь, а тебе не жарко так сидеть? — он провёл ладонью по своему грубо выбритому затылку. — Может, раздеться?
Смешок. Но это уже не просто шутка — это вызов.
Вика прикусила губу. «Чёрт, они что, специально это делают?» Но ещё страшнее было то, что её тело отзывалось на эту игру. Живот сжался от возбуждения, между ног стало влажно.
— Я и так почти раздетая, — сказала она, но голос звучал хрипло.
— Почти — не считается, — Владислав провёл пальцем по её колену, медленно, будто невзначай.
Руслан, до этого молчавший, вдруг встал и подошёл к печке.
— Температура падает, — пробормотал он и плеснул на камни новой порции воды.
ШИПЕНИЕ.
Облако пара накрыло их, скрыв на мгновение друг от друга. В этой белой мгле Вика почувствовала, как чья-то рука — большая, грубая — скользнула по её бедру.
Она ахнула.
Пар рассеялся.
Все смотрели на неё.
— Что? — она попыталась сделать вид, что ничего не произошло.
— Ничего, — Антон ухмыльнулся. — Просто… ты красиво краснеешь.
Владислав медленно откинулся на лавке, развалившись ещё шире. Его рука теперь лежала совсем близко к её пояснице.
— Может, хватит уже париться? — прошептал он. — Давай… перейдём к чему-то повеселее.
Олег замер с бутылкой на полпути ко рту.
Руслан перестал подбрасывать воду.
Тишина повисла на пару секунд, но напряжение в воздухе было таким густым, что его можно было резать ножом. Вика почувствовала, как её дыхание участилось, а между ног пульсировало горячей, влажной волной.
«Чёрт, они же сейчас…»
Но думать уже было поздно.
Владислав двинулся первым.
Он резко наклонился, схватил её за подбородок и притянул к себе. Грубый, влажный поцелуй — губы Вики разомкнулись под его натиском, язык влез в рот, горячий, с привкусом виски. Она застонала, а в ответ услышала одобрительный хриплый смех Антона.
— Ну наконец-то, — прохрипел он, и его ладонь впилась в её бедро, сдирая последние сантиметры скромности.
Олег, не теряя времени, пристроился сзади, его пальцы вцепились в её рыжие волосы, откидывая голову назад.
— Открывай рот шире, — прошептал он, и она почувствовала, как его твёрдый член упёрся ей в спину.
Руслан встал перед ней, его взгляд был тёмным, хищным.
Всё произошло быстро — слишком быстро.
Владислав приподнял её, развернул раком на лавке, шлёпнул по заднице так, что кожа загорелась.
— Вот так лучше, — прошипел он, и она почувствовала, как его руки раздвигают её ягодицы.
Антон пристроился спереди, засунув ей в рот свой толстый член, а Руслан опустился на колени между её ног.
— О, бля, — выдохнул Олег, наблюдая, как её тело выгибается под руками троих мужиков. — Это будет жарче, чем парилка.
И он не соврал.
Владислав вошёл в неё сзади грубо, без предупреждения, одним резким толчком. Вика взвизгнула, но звук тут же заглушил член Антона, глубоко зашедший в горло.
Руслан прижался лицом к её попке, язык работал жадно, ненасытно, вылизывая между ягодиц, пока Владислав долбил её в киску, а Антон трахал её в рот.
Олег не выдержал — схватил её за волосы и приставил свой член к её губам.
— Давай, попробуй в два ствола, — засмеялся он.
Она захлёбывалась, слюна капала на грудь, но они не останавливались.
Жар.
Пот.
Стоны.
Грубые шлепки, хриплые команды, пальцы, впивающиеся в её кожу.
Вика уже не понимала, кто где — только чувствовала, как её тело используют, заполняют, доводят до края.
— Кончаю! — зарычал Владислав и вогнал в неё последний раз, обдавая изнутри горячим потоком.
Антон вытащил член из её рта, шлёпнул по щеке и, стиснув кулаками её волосы, начал дрочить прямо ей на лицо.
— Открывай глаза, — прохрипел он. — Хочу видеть, как ты в этом тонешь.
Густая сперма брызнула на её губы, щёки, веки.
Олег не стал ждать — развернул её к себе и всадил в её ещё дрожащую киску.
— Теперь моя очередь.
Вика уже не сопротивлялась.
Она хотела этого.
Тело горело, как раскалённые угли, каждый мускул дрожал от перегрузки. Вика лежала на лавке, раскинувшись, как трофей, покрытая слоем пота, спермы и чужой слюны. Воздух в бане был тяжёлым, пропитанным запахом секса, алкоголя и влажного дерева.
Владислав откинулся рядом, его грудь поднималась часто, лицо было мокрым. Он провёл ладонью по её животу, собирая капли, потом лизнул пальцы.
— Ну что, Викусь, ожидала такого поворота? — хрипло рассмеялся он.
Она не ответила сразу. Голова гудела, мысли путались, но где-то глубоко внутри — в том самом тёмном уголке, который она всегда прятала, — было удовлетворение.
— Если честно… нет, — она прикрыла глаза, чувствуя, как по щеке стекает липкая полоска.
Олег, всё ещё возбуждённый, но уже без сил продолжать, плюхнулся на пол, прислонившись к стене.
— Бля… мы же реально только что… — он провёл рукой по лицу.
— Групповуху устроили, — закончил за него Антон, ухмыляясь. Он потянулся за бутылкой, налил всем, даже Вике, сунул ей в руку. — Ну, за удачную баньку.
Они чокнулись.
Руслан, самый тихий из них, сидел в углу, его зелёные глаза изучали Вику.
— Ты… в порядке? — спросил он неожиданно мягко.
Она встретила его взгляд, потом медленно кивнула.
— Да. Даже… слишком.
Владислав фыркнул, потянулся к её груди, сжал сосок пальцами.
— Значит, повторим?
Смех. Но в нём уже не было прежней бравады — только усталое, но довольное послевкусие.
Вика закрыла глаза.
«Что теперь будет?»
Но ответа не было. Только тёплая, липкая усталость и странное чувство, что что-то между ними изменилось навсегда.
За окном уже светало. Пар из бани стелился по траве, растворяясь в холодном утреннем воздухе. Они молча одевались, избегая взглядов, но иногда их пальцы случайно касались друг друга — и тогда в животе снова пробегали мурашки.
— Ну… поехали? — пробормотал Антон, застёгивая джинсы.
Вика взглянула на Владислава. Он смотрел на неё, и в его глазах было что-то новое. Что-то… опасное.
Она улыбнулась.
— Поехали.